Дмитрий Саксонов: вопросы и ответы

ATOM — технологическая группа, которую я основал. Наши команды работают в разных направлениях — от спорта до прикладного ИИ.

Сейчас у нас двенадцать направлений, среди них медицина, финансы, спорт и AgTech. К направлению медиа и развлечений относятся JGGL, Arteki Studio и IMBA. Всего у группы десятки проектов.

Наши продуктовые команды работают в Минске. Оттуда мы ведём проекты нескольких направлений ATOM.

Я основал ATOM Quantum (ATQM), JGGL, JGGL Buddy, Arteki Studio, IMBA, Arena, Atom Green Capital, Neurodrift, Blockchain Sports Ecosystem, Nearis, Neurodesign и iXo.

Все они находятся на разных стадиях. В блокчейн-направлении мы сосредоточились на ATOM Quantum: команда разрабатывает сеть с постквантовой криптографией.

Приложение JGGL доступно в App Store и Google Play; месячная аудитория — около 45 тысяч человек.

Arena работает около шести месяцев, к ней подключено более 400 футбольных клубов; готовятся дрифт и баскетбол.

Arteki Studio выпускает собственные фильмы и разрабатывает технологию производства для внешних студий.

IMBA — действующий музыкальный лейбл. Более 30 артистов подписали с ним контракты, их треки уже выходят.

Команда Atom Green Capital собрана, R&D-лаборатория для селекции строится, идёт работа по нескольким партнёрским соглашениям.

JGGL Buddy относится к проекту JGGL и разрабатывается в XR Lab.

XR Lab — это площадка, где мы создаём аппаратные решения для разных проектов. Работа уже дошла до прототипов: часть разработок можно показать и попробовать.

Мы разрабатываем продукты с прицелом на рынок США и обычно сначала запускаем их там. Дальше планируем выводить их на другие рынки по всему миру.

Я основал ATOM и руковожу группой как CEO. Я определяю её направление и принимаю ключевые решения. За ежедневную работу по каждому продукту отвечает его руководитель.

Я основал ATOM и отвечаю за направление, в котором развивается группа. Если речь о юридическом владении, его определяют документы конкретной компании. Приписывать себе долю, которой в этих документах нет, я не стану.

После автомобильного бизнеса я впервые занялся майнингом. Работа слишком сильно зависела от оборудования и конкретной площадки: один внешний сбой мог всё остановить. Мы начали переходить к цифровым продуктам и со временем пришли к прикладному ИИ. Этот путь определил то, каким я строю ATOM сейчас.

Для меня ATOM — одна группа: двенадцать направлений и десятки проектов. Каждую идею мы проверяем по одной логике: может ли она сработать и есть ли сильная команда, готовая довести её до результата. Направления делятся экспертизой: проекты AgTech, например, используют финансовые инструменты и аналитику группы. Распределяя инвестиции по портфелю, мы снижаем зависимость от одной ставки.

Не все идеи в ATOM рождаются у меня в голове. Их приносят люди из разных команд, и мы вместе смотрим, что из этого можно сделать. Нейросети помогают находить связи между проектами, когда информации слишком много для ручного анализа. Этот подход мы развиваем в iXo. А прежде чем дать идее ход, я хочу понимать, кто возьмётся довести её до результата.

Я хочу довести до результата то, что мы уже начали. Одними продуктами люди пользуются сейчас, другие ещё готовятся к выходу. Ближайшая задача — развивать работающие проекты и выводить следующие по мере готовности. Новые сроки буду объявлять, когда смогу за них ответить.

Я получил приговор и отбывал наказание. Приговор был пересмотрен, я вышел раньше срока, позже судимость была снята.

Пока дело пересматривали, я находился в СИЗО; в колонию или тюрьму меня не направляли. Позже приговор пересмотрели, меня освободили раньше срока, а затем судимость была снята.

В 2014 году я вложил заёмные деньги в закупку автомобилей на перепродажу. Пока машины шли, поменялись правила ввоза и продажи — реализацию пришлось остановить на несколько месяцев, а за это время обвалился курс и рынок просел. Рассчитаться вовремя я не смог, и на этой основе возбудили дело.

Приговор пересмотрели, я вышел раньше срока, позже судимость сняли в установленном порядке. Это подтверждается документом.

Дело пересматривали, наказание снизили.

Заказчик остановил платежи. Я держал команду сколько мог за свой счёт и в долг, потом пришлось сокращать. Публично сказал, что не ухожу от проблемы, уехал искать финансирование, привлёк его и закрыл обязательства. Компания вернулась к работе.

В 2025 году компания была в тяжёлом кризисе, задолженности были. Все закрыты.

Все закрыты. Компания вернулась к работе.

Сначала деньги, потом найм. Штат расширяем только за счёт средств, которые уже есть у компании; будущую выручку в расчёт не берём. Один заказчик не должен определять судьбу компании. Рост команды начинается только тогда, когда к нему готово управление.

Если дату публично назвал я, объяснить её перенос тоже должен я. Сначала разбираюсь с командой, что произошло и сколько работы осталось. Новый срок называю тогда, когда понимаю, на чём он основан.

Я руковожу ATOM как CEO. Развитие всей группы занимает большую часть моего времени, и лично отвечать в чатах я не успеваю. По вопросам конкретных продуктов могут быстрее помочь люди, которые работают с ними каждый день. За свои решения отвечаю я.

Потому что в биографии есть уголовное дело и был тяжёлый корпоративный кризис. Я это не скрываю.

Да, компания платила за публикации обо мне. В некоторых были неточности. Теперь перед публикацией мы проверяем факты.

Скажу, где посмотреть факты, и предложу оценивать по тому, что я делаю. Верить на слово не прошу.

Там компания, команда и инфраструктура. Работаем с международным капиталом и партнёрами.

Мы работаем в юрисдикции, где зарегистрирована компания, и взаимодействуем с институтами так же, как любой крупный бизнес. Политических позиций я не занимаю и политику не комментирую.

За годы работы я много летал. Сейчас стараюсь больше задач передавать команде и приглашаю партнёров к нам, чтобы они увидели проекты в работе. Если для конкретного дела потребуется моё присутствие в США или Японии, я приеду.